Цветовая схема: C C C C
Размер шрифта: A A A
Изображения:
  • РФ 153024 г. Иваново, ул. Спортивная, д. 21
  • 8 (4932) 34-81-75
  • interdom@mail.ru

УШЕЛ ИЗ ЖИЗНИ ДЖИМ КОМОГОРОВ

15 декабря 2020 г. в Перми, после трех недель борьбы с коронавирусом, на 88-м году жизни скончался Джим Комогоров.

Его отец, Роберт Вельс (Lewis) — темнокожий рабочий металлург из штатов Алабама и Теннеси, в качестве делегата представлял Коммунистическую партию Соединённых штатов Америки на пятом Конгрессе Профинтерна в Москве в 1931 году и был рекомендован для учёбы в «Коммунистический университет Трудящихся Востока им. тов.Сталина». Мама Джима — Мария Ивановна Колмогорова работала на фабрике «Красный октябрь».

В 1933 году у Роберта Вельса и Марии Ивановны Колмогоровой родился сын Джим. В 1934 году отец Джима был командирован в соединенные Штаты Америки в Нью-Йорк в качестве профсоюзного активиста Коммунистической партии США. Из США Мария Ивановна получила только два письма. После этого их связь прервалась. На запрос на имя Елены Дмитриевны Стасовой, возглавлявшей МОПР, с просьбой предоставить информацию о судьбе супруга, сообщили, что Роберт Вельс в 1937 году «нигде не числится». Джим с мамой проживал в то время у деда в селе Романово Калужской области.

Далее приводим выдержки из воспоминаний Джима:

«17 июня 1941 года в составе группы детей – коминтерновцев (их было 21) я был отправлен поездом из Москвы в Международный интернациональный пионерский лагерь в Белоруссию в поселок Новоельня Дятловского района Гродненской обл. Через 2 дня по прибытию к месту назначения началась война.

Лагерь попал в зону боевых действий. Почти все вожатые и воспитатели ушли в военкомат. Старшие дети решили самостоятельно добираться до Москвы. Пятерых малышей пытались посадить на подводы с отступающими, но они были переполнены. Удалось остановить грузовик и троих самых маленьких втиснули среди раненых — меня, Эрика Горюнова и Владлена Бадиана.

Под бомбежками и обстрелом мы добрались до Минска. Город был уже захвачен немецко-фашистскими войсками. Он был сильно разрушен и горел. Повсюду было много пленных красноармейцев, охраняемых немецкими солдатами. Они сидели и лежали прямо на земле.

Старшим у нас был австриец Владлен Бадиан. Ему было 13 лет, а мне и Эрику Горюнову по 8 лет. Вскоре нас схватил патруль и мы попали в приемник-распределитель. Так начались наши скитания – сначала Дрозды, затем Острошицкий городок (гетто) Минской области. Режим и питание по существу были тюремными. Дети болели, страдали от голода и холода, но лечение не проводилось, дети просто умирали, а трупы складывались во дворе. Надзиратели избивали за самую малейшую провинность. Хронику тех событий того времени мне, мальчику восьми лет, трудно воспроизвести точно, потому что все сознание исключительно занимали голод, холод, желание увидеть маму, потеря родного дома и самое главное постоянное чувство страха днем и ночью. Практически всех нас ожидала либо болезнь, либо голодная смерть. Пытаясь спастись, бежал и замерз в снегу Эрик Горюнов. При попытке побега был жестоко избит Владлен Бадиан. Затем нас переправили в другой лагерь, под названием «Сёмково». Работали в поле по выращиванию турнепса. Спали мы на нарах, изготовленных из досок, а питание состояло из жидкой бурды из того же турнепса. У детей проводился забор крови. Многие болели от несварения желудка, распухали животы. Освободили меня и других ребят партизаны (это была военная операция). Всех освобожденных детей тайно вывезли, распределив по разным местам. Одних передали местным жителям, других определили в приюты, а кого-то и в лес к партизанам. Владлен Бадиан попал в деревню Дашки в семью крестьян Паныш, как я позже узнал из его воспоминаний.

Я оказался в Минске в приюте на улице Красивой. Это был бывший детский сад Nо 7. Заведующая Вера Леонардовна Спарнинг (латышка по национальности) — мой ангел спаситель. Она была связана с партизанами, прятала детей евреев и детей офицеров Красной Армии. Приюту помогали люди, проживающие в соседних домах, помогали и священнослужители. Мы дети тоже ходили по окрестностям, искали еду, одежду, побирались. Так мы выживали.

После освобождения Минска Красной Армией из Москвы приехала офицер НКВД капитан Анна Леонидовна Гульбинская, специально откомандированная для поиска и возвращения мопровских детей, отправленных из Москвы 17 июня 1941 г. Меня она нашла в приюте Nо 7 по ул. Красивой г. Минска.

29 августа 1944 года Гульбинская А. Л. с несколькими найденными детьми выехала из Минска поездом в Москву. В Москве меня и других ребят привезли в ЦК МОПР. Вскоре всех детей разобрали, а я ещё долго сидел и ждал когда за мной приедет мама. Так как я был ослаблен физически, мне боялись сообщить, что мама умерла еще в 194З году. Мне сказали, что мама болеет и сейчас не может за мной прийти. Меня взяла к себе домой работница отдела политэмигрантов ЦК МОПР Шумилова А.А. и я какое-то время жил у неё дома. Затем, по распоряжению Председателя ЦК МОПР Шаронова Н.И., я был направлен в Ивановский интернациональный Детский Дом. Мне ещё долго не говорили о смерти мамы».

После Интердома Джим окончил в 1956 г. Московский техникум хлебопекарной промышленности и был распределён в Челябинск в «Гражданпроэкт», где работал на строительстве ТЭЦ -2 Челябинска. Потом переехал с семьёй в Хабаровск, где работал художником-конструктором в «Хабаровск гражданпроект». Позже он переехал в Пермь и работал конструктором в «Урал мебели».

Джим снялся в фильмах Миклухо-Маклай» (1947 г.), «Серебристая пыль» (1953 г.). Имел правительственные награды – медаль за «Трудовое отличие» и «Ветеран труда».

Судьбе Джима посвящены документальные фильмы: «Трагедия белорусского «Артека» (болгарские кинематографисты, 1989 г.), «Чужие дети» (Киевская киностудия, 2010 г.), «Дети Коминтерна. Спасённые в Беларуси» (Белорусская киностудия, 2015 г.) и др. Все эти фильмы можно посмотреть в Интернете, они находятся в открытом доступе.

Выражаем глубокие соболезнования Нине — супруге Джима, его детям и внукам. Пусть земля ему будет пухом. Вечная память нашему брату.


Материал взят из источника МОО "Интердом" - Сайт выпускников Ивановского Интердома.

След. новость